Биография:
Магия, интриги и договоры — все это тем или иным образом затронуло Фамирета до роковой ночи, даже не смотря на то, что он жил на всю катушку и практически ни в чем себе не отказывал. Не сказать было, что он родился с серебряной ложкой во рту, но будучи вторым ребенком в семье, был одарен излишней родительской любовь, что и сделала из него изрядно избалованного отпрыска. И хоть, когда настал более осознанный возраст, отец предпринял попытки приучить своего сына к порядку, найдя тому место в учениках одного из местных магов, это не заимело каких-то грандиозных успехов. Фамирет постигал магические азы спустя рукава, вместо практики предпочитал кабаки, а вместо книг доступных женщин. В конечном итоге все закончилось тем, что в 19-ть лет за поиском острых ощущений, он начал увлекаться уже запретными искусствами. Благо на тот моментов у него хватило мозгов, ограничиться лишь домашними экспериментами над мышами и меньшими гадами.
В возрасте 21-ти года, он полностью лишился своего дома и всего состава семьи, когда в родовом поместье Алман случился колоссальный пожар, что не был потушен силами прислуги и рабов. Тех просто не было на месте, волей случая или же некая рука способствовала этому. Молодой же Фамирет, возвращаясь после очередного ночного излияния спиртного, не попал в огненный водоворот этого кошмара и оказался на пороге дома, уже когда языки пламени объяли львиную долю строения, начав разрушать деревянные перекрытия верхних этажей.
Страх и паника объяли молодого данмера на тот момент, прогоняя пьяный морок и заставляя метаться подобно загонному зверю по двору, хвататься то за ведро с водой, то пытаясь открыть дверь, но каждый раз отступая от жара огня. Почему он тогда никого не позвал на помощь или же не собрался с мыслями, было понятно, ибо Фамирет выросший в тепличных условиях просто не знал что делать. Обезумевший от горя и поваленный на землю от собственно бессилия, данмер бы погряз в самобичевании на пепелище как внезапно осознание дало ему ясность ума на секунду. Он вспомнил о своей юной племяннице, с которой часто проводил время, когда был трезв и через спальню, которой проникал в отчий дом, обходя главную дверь, дабы не попадаться под очередные осуждающие взгляды. Каждый раз, после хорошей гулянки, он карабкался на ветвистое дерево рядом с домом, что почти ровнялось с небольшим витражом детской спальни. Используя небольшой поясной кинжал, поддевал внутренний засов через оконную щель и пьяный эльф каждый раз вваливался в комнату подобно мешку с песком, будя при этом ребенка, который на удивление с азартом относился к подобным выходкам дяди и просто сохранял молчание, засыпая того вопросами уже утром при встречи. И сейчас, в ситуации, когда все шло крахом, он поступил аналогично. Пользуясь деревом, чья верхушка кроны уже так же начала прогорать, он смог добраться до второго этажа дома с той стороны, где огонь еще окончательно не объял строение и заглянуть в спальню племянницы, находя ее бессознательное тело на полу. Дальше же все было как в тумане для Фамирета, что ввалился в задымленное помещение, в надежде спасти хоть кого-то или же сгинуть со всеми в огне. Действуя на адреналине, не обращая на ожоги по неосмотрительности, ушибы и ссадины, он каким-то чудом умудряется спасти юную Индре из огня, к тому моменту когда из города уже наконец-то бежали силы народного ополчения для тушения пожара. Девочка была жива, хотя угарный газ и наложит свои последствия на состояние здоровья в будущем.
Ночь медленно подходила к концу и первые солнечные лучи, затронули тлеющий остов выгоревшей усадьбы, когда около нее уже появилась делигация из доверенных лиц Великого Дома Хлаалу, передавая заплаканному Фамирету свои сожаления, а так же объявляя о том, что отец Мевин Алман, должен благородному дому неустойку по последнему договору связанному с шахтами квама в регионе и данный вопрос не является закрытым, отчего выплаты должны будут произведены обсужденные сроки. Конечно же из-за образа жизни, молодой данмер практически не был ознакомлен с делами своей семьи и быстро был пущен в оборот, заставляя выйти в земельный спор для оплаты якобы существующих долгов. Так он лишается земельного надела, остатка дома и всех валютных активов в пользу предприимчивых Хлаалу. И хоть Телванни выставляли своих представителей для решения данного вопроса, позиционируясь как покровители, но быстро оставили эту идею, решая что трата ценного времени лишь на простые пешки — это нецелесообразно. Единственное, что было предложено в решении столь безысходной ситуации, так это переезд на окраины Садрит-Мора и на становление в услужении под одним из действующих магистров на тот момент, на что Фамирет и согласился.
Последующий двадцать лет, сломленный Фамирет, проведет среди пыльных книг, архивов и службе новоявленному господину, а так же в воспитании своей племянницы и борьбе за ее здоровье. Теперь же, когда у него ничего не осталось, он был вынужден бороться за свое существование и забыть о том, как легко ему жилось ранее.
К 46 годам окончательно повзрослевший и с формировавшийся Алман, задумывается о полноценном изучении темных искусств, считая что подобными вещами можно вернуть родных и близких в истинном обличии. Обсудив все со своим магистром и наставником, получив от него сухое одобрение, Фамирет решается отправиться в странствие для постижения подобных вещей. Дела же в Телванни, он полностью передает своей племяннице, что на тот момент уже позиционировалась как приемная дочь и уходит на второй план, более не особо появляясь в местных кругах.
Лишь спустя десять лет, мужчина поймет, насколько безрезультатны и бессмысленные его идеи, заставляя смириться и окончательно отпустить прошлое. Тогда же полноценно и формируется призма восприятия у мага, который решается постичь глубину жизни и вернуться в «родное лоно».